ПРАЗДНИК НАСТОЯЩИХ МУЖЧИН

«ВЗРЫВНАЯ» ПРОФЕССИЯ

Председатель районной общественной организации ликвидаторов Союз- «Чернобыль» подполковник в отставке  Виктор  Дулецкий —  боевой офицер, потомственный военный.  Его отец Пётр Дулецкий  участвовал в битве за Кёнингсберг, воевал с Японией.  Виктор  вырос в военном городке  и  когда пришло время выбирать профессию, не сомневался: будет поступать в Каменец-Подольское высшее военно-инженерное командное училище. После его окончания  три десятка лет отдал армии. По стопам отца пошёл  и старший сын Виктора Петровича Олег, он тоже подполковник, служил в  Сирии.

Виктор Петрович шутит: «Сапёры ошибаются не один раз, а два. Первый – когда выбирают эту профессию». Но сам ни разу не пожалел о своём выборе, хотя, конечно, случалось всякое.  Сначала служил в Польше в инженерно-сапёрном взводе, затем — на  Украине в 262-м отдельном полку гражданской обороны, где руководил пиротехническим взводом.  Занимался разминированием  снарядов и бомб, большинство из которых лежали в земле ещё со времён Великой Отечественной войны, но были и те, что не взорвались во время учений, да и в Молдавии, часть которой тоже входила в зону ответственности его взвода, было неспокойно.  Приходилось разминировать целые поля, а потом гружёный снарядами грузовик вывозил их на полигон, а его подчинённые ехали на другом автомобиле. «За всё время службы никто из моих солдат не погиб», — отмечает Виктор Петрович, считая это главной своей заслугой. 

Когда случилась авария на Чернобыльской АЭС, Дулецкий  был отправлен на ликвидацию последствий в составе оперативной группы гражданской обороны СССР. Затем, уже со своим одесским полком, побывал здесь ещё раз. За мужество и самоотверженный труд  в чрезвычайной ситуации Виктор Петрович награждён медалями «За спасение погибавших» и «За разминирование», а также именными  командирскими часами.

Дулецкого часто отправляли в командировки, которые длились по месяцу, а то и два. Бывал он и в горячих точках, правда, об этом говорит неохотно. Непросто приходилось его жене Валентине Алексеевне, ведь она понимала, что мужу часто приходится рисковать жизнью. Они знакомы ещё со школы —  учились в  параллельных классах, а через несколько лет  случайно встретились в поезде, где она работала проводником. В августе исполнится 45 лет как они вместе, воспитали троих детей, теперь помогают поднимать внуков.

Виктор Петрович не может простить себе, что  о смерти матери узнал лишь через две недели: был на очередном задании, куда  не разрешили  взять даже сотовый телефон. А когда приехал на сорок дней, брат упрекнул: это он укоротил матери жизнь, ведь она всегда за него очень переживала.

 В 1997 году Виктор Петрович закончил службу начальником инженерной службы артиллеристской  дивизии, что базировалась в Чистых Ключах. Примерно в том же году председатель Большелугского сельского совета обратился к военным, боясь, что в половодье снесёт мосты. Дулецкий организовал взрывные  работы по освобождению русла реки ото льда.

 К Виктору Петровичу и сегодня обращаются за помощью. Так, когда  под нынешний Новый год   в школе № 4 нашли  «взрывное» устройство,  с помощью специального прибора Дулецкий тщательно обследовал не только коробку, которую приняли за бомбу, но и всю школу, и  никакой опасности не обнаружил.  «Но подобные шутки  уголовно-наказуемы», — замечает он.  

Ольга СОКОЛКИНА Фото автора

ПОДПОЛКОВНИК, ЧИТАЮЩИЙ КАНТА

Думаю, не часто можно встретить военного, зачитывающегося  трудами философов Бердяева и Кузанского, Канта и Шопенгауэра.   Многие из друзей, с которыми служил  подполковник в отставке Алексей Дработурин,  сегодня живут в разных городах ближнего зарубежья, а томики  любимых авторов всегда  под рукой. С ними всегда можно «посоветоваться»,  узнать ответы на многие вопросы, найти строки, которые откликнутся в душе.

 Алексею Дработурину   было три года,  когда от туберкулёза умерла мать. Мальчик   рос болезненным, и в школе на законных основаниях мог не посещать уроки физкультуры. Сначала  это даже нравилось: сидишь себе за партой, читаешь новую книжку из библиотеки, а одноклассники  в это время бегают по стадиону.  Но лет в двенадцать  вдруг стало обидно: почему другие ребята могут играть в лапту, прыгать, подтягиваться на турнике, а он – нет?  Несмотря на запреты врачей, Алёша начал заниматься спортом. Постепенно болезнь отступила, и когда пришло время  проходить  медкомиссию, оказалось, что он годен в десантные войска. 

 Алексей не успел сделать и одного прыжка с парашютом, как ему предложили поступить в  Алма-Атинское высшее общевойсковое командное училище.  Видно, сама судьба решила, что ему следует  стать  профессиональным военным. «Она  мне  профессию  правильно подобрала. Кто, если не мужчина, должен защищать свой дом, свою страну?  Правда,  офицер – это руководитель, а я не люблю командовать людьми, и жёсткости в характере порой не хватает».

Шесть лет Алексей Павлович прослужил  в Казахстане   в полку прикрытия госграницы:    начальником полигона, командиром экспериментального взвода стрелков-зенитчиков, командиром роты.  Запомнились четырёхмесячные учения на реке Эмба – притоке Сырдарьи, где из ПЗРК Стрела-2М отрабатывалась стрельба по воздушным целям. 

Позднее, уже в должности командира роты, Алексей Дработурин  на озере  Балхаш участвовал   в учениях с применением   боевых  отравляющих веществ.  Восемь часов  пришлось просидеть тогда в противогазе, а когда вернулись в часть, почти три недели за их здоровьем пристально наблюдали медики.

В 1979 году Алексея Дработурина перевели в Германию, позднее он узнал, что полк, где он служил в  Семипалатинске,  одним из первых был  отправлен в Афганистан.

 После Германии Алексей Павлович служил  в Прибалтике,  затем  — в Забайкальском военном округе, а закончил военную карьеру  в Иркутске. Должности занимал разные:    был и  помощником начальника штаба полка, и  начальником отдела кадров дивизии.

Уволившись из армии,  Алексей Дработурин  в  45 лет окончил ПТУ № 17, где получил профессию столяра-станочника и до недавнего времени с удовольствием занимался изготовлением  дверей, оконных рам и даже мебели.

Ольга СОЛОВЕЦКАЯ Фото автора

«БЫЛ ПРИКАЗ: НАЙТИ АВИАНОСЕЦ»

Шелеховца Владимира Климова призвали в армию в 1973 году. Попав в школу младших авиационных специалистов, он получил специальность стрелка-радиста, и был направлен в авиаполк, дислоцировавшийся в Семипалатинской области. Задачей экипажа, в котором нёс службу наш земляк, была морская разведка.

— Летали по всему миру, — вспоминает Владимир Марксович. – Однажды пришлось совершить перелёт из Семипалатинска в Австралию, в территориальных водах которой патрулировал американский авианосец «Энтерпрайз». Летели на самолёте-разведчике ТУ-95МР целые сутки без посадки с тремя дозаправками в воздухе.

Нашим лётчикам поручили приблизиться к кораблю на минимальное расстояние и сфотографировать его так, чтобы на снимках было отчётливо видно его вооружение, количество самолётов на палубе, расположение служебных отсеков. Также ставилась задача засечь корабли сопровождения, среди которых были и подлодки. Подлетая к авианосцу, наш экипаж заметил несколько поднявшихся в воздух истребителей F4 («Фантомов»), которые попытались помешать аэрофотосъёмке. Но всё обошлось без серьёзных инцидентов. Выполнив задачу, самолёт-разведчик благополучно вернулся на базу.

Через полтора года службы Владимира Климова направили в школу прапорщиков в Канске, откуда он через полгода вернулся в родную часть. Боевые задачи ставились каждую неделю. Были случаи, когда в Индийском океане морской разведчик гонялся за авианосцем «Джордж Вашингтон», а в Атлантике – за авианосцем «Америка». Во время длительных перелётов делали остановку на Кубе.

— Когда в первый раз попали на Остров свободы, удивились, что кофе здесь пьют маленькими кружечками, — говорит Владимир Марксович. – У нас были свои кружки, большие, и мы попросили налить в них. Но не ожидали, что настоящий кофе оказался таким крепким. Потом чуть за сердце не хватались.

Одной из задач экипажа, в котором нёс службу шелеховец, было патрулирование воздушных границ вероятного противника. И здесь тоже приходилось сталкиваться с истребителями стран НАТО: шведскими «Сейбрами», французскими «Миражами», английскими «Крусэйдерами». Но поддаваться на провокации было нельзя. По словам Владимира Марксовича, даже поворот пушки мог спровоцировать вооружённый конфликт. Хотя иностранные лётчики вели себя подчас развязно: летя параллельным курсом, они могли показывать из своей кабины бутылку виски или… обложку «Плейбоя».

Бывали и серьёзные ЧП в воздухе. Однажды поручили доставить командующего войсками Дальней авиации на учения во Владивосток. На высоте 13 тысяч метров самолёт попал в тайфун, и стал падать, что называется, камнем вниз. И только на высоте 6 тысяч метров экипажу удалось вернуть контроль над управлением лайнера. А когда приземлились в пункте назначения, обнаружили, что у самолёта облетела краска – такой силы были перегрузки в воздухе.

Отдав службе в армии 20 лет, Владимир Марксович вернулся в Шелехов, где несколько лет работал пожарным, сварщиком, сантехником. Сейчас он живёт в Большом Луге. Считает, что годы службы стали настоящей школой жизни, давшей хорошую закалку.

Владимир ВТОРОВ

РАЗВЕ ТОЛЬКО С ПАРАШЮТОМ НЕ ПРЫГАЛ

Вернувшись из армии в декабре 1998 года, Вячеслав Круглов встретил знакомого родителей, Михаила Стельмаховича, который тогда был начальником ГАИ и собрал вокруг себя дружный, грамотный коллектив. Он-то и сагитировал молодого человека поменять армейскую службу на милицейскую.

Начальник дежурной части начинал службу с самых низов.
В его руках — фотография 2000-х годов, когда он еще работал в ППС

Круглов решил устроиться во вневедомственную охрану, но кадровики отдела уговорили начать с должности патрульно-постового.

— Помню, даже в отпуске не мог спокойно дома сидеть. Тянуло в отдел, в экипаж, к коллегам. Жена поначалу сердилась, но относилась к службе с пониманием. Даже в конце 90-х, когда зарплаты были мизерные, — смеётся Круглов.

К счастью, ему везло с начальниками. Премии не лишали, зарплату старались выдавать вовремя. С огромной теплотой и благодарностью Вячеслав вспоминает Александра Мамонова, который всегда был очень внимателен к рядовому составу.

Работая в ППС, Круглов получил неоценимый опыт и умение разбираться в людях. Поэтому, перейдя в 2006 году на повышение в участковые, особых сложностей не испытал. Люди здоровались как со старым другом, встречали с улыбкой. Ведь Вячеслав всегда находил время вникнуть в их проблемы, не чурался попить чаю с человеком, купив по дороге шоколадку, и многим помогал, даже если это выходило далеко за рамки его служебных полномочий. Конечно, контингент подопечных немного изменился, но бабушки влюблялись в нового участкового с первой встречи. Да-да, именно влюблялись!

— Помню, одна семидесятилетняя женщина, увидев меня на пороге, каждый раз извинялась, убегала в комнату и выходила оттуда уже при параде, — вспоминает бывший участковый.

Бывало, бабушки чудили, но Круглов на это не раздражался. Однажды пенсионерка написала заявление о том, что у нее пропало 68 тысяч рублей с формулировкой: «Пока я в магазин ходила, дед мой девушек по вызову на дом привёл, вот они нас и ограбили!». Затем, найдя в присутствии участкового эту сумму на шкафу, женщина не сдалась, заявляя, что деньги были спрятаны в подушку. В итоге выяснилось, что в этот день она закрыла очередной депозит в банке, где к причудам клиентки, которая несколько раз за месяц может снять и снова положить свои сбережения на книжку, уже давно привыкли. А уж скольких жён и детей он спас от рукоприкладства нетрезвых «отцов семейств»!

В ноябре 2010 года грамотного сотрудника перевели на должность оперативного дежурного. Его выдержка и терпение оказались тут очень кстати. Ведь часто люди звонят в полицию в взвинченном состоянии, говорят много и неразборчиво, а дежурному надо вычленить из моря слов суть сообщения и быстро среагировать.

В марте 2017-го Круглов стал начальником дежурной части ОМВД России по Шелеховскому району. Его рабочий день, как и прежде, начинается в 7:20, а заканчивается не всегда в 19 часов. Сразу после утреннего рапорта Вячеслав включается в работу вверенного подразделения, состоящего из восьми человек. И дежурный знает: начальник на связи, выполняя свою работу, он слушает, как сотрудники общаются с людьми, обратившимися в полицию. Разбор полётов проводится тут же, ведь его кабинет в шаге от дежурной части. Нецензурные слова в лексике Круглова не встречаются. Пожурит ровным спокойным голосом, по-отечески, и эта его выдержка воздействует на подчиненных лучше любых окриков. А ведь как важно для молодёжи сохранение чести и достоинства, даже если случился прокол в работе!

За час в кабинет начальника дежурной части забегает около двадцати человек. На край стола со словами: «Слава, это срочно!» кладутся листы бумаги, которые уже к обеду перерастают в солидную стопку. Но после обеда стол снова свободен. Время отдыха Вячеслав также посвящает работе. Может быть, поэтому он и сегодня стройный, спортивный и подтянутый…

— … самый ответственный человек на свете! – так характеризует его коллега, участковый уполномоченный полиции Ольга Чернова, которая знает Круглова больше пятнадцати лет.

— …настоящий мужик, — не раздумывая, отвечает на внезапный вопрос Николай Труфанов, начальник отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних.

19 февраля Вячеслав Круглов отметил 20-летие службы в органах внутренних дел. Была в его жизни и милиция, и полиция, много чего прожито и пройдено… А чего не было?

— Парашюта! – смеётся неунывающий оптимист Круглов.

Марина ГЕТМАНОВА,
специалист по связям с общественностью ОМВД России по Шелеховскому району

ОТ ГИБЕЛИ СПАСЛА СЛУЧАЙНОСТЬ

Ровно девятнадцать лет отдал службе в армии Владимир Серебряков. Окончив большелугскую школу, он поступил в ИВАТУ. Приказ о зачислении был подписан 31 июля 1974 года, а об увольнении в запас – 31 июля 1993-го.

После учёбы в ИВАТУ его распределили в 128-й военно-транспортный полк, дислоцировавшийся в городе Паневежис в Литве.

— Официально моя должность звучала так: наземный техник по пилотажному комплексу, — рассказывает Владимир Иннокентьевич. – Мы обслуживали транспортные самолёты Ил-76М, перевозившие как людей, так и грузы, в том числе тяжёлую военную технику. В декабре 1979 года полк подняли по тревоге, мы думали, учебной, а оказалось – боевой.

Так началась афганская эпопея Владимира Серебрякова, растянувшаяся почти на десять лет. Уже первый день в Кабуле чуть не стал последним днём в его жизни. От гибели спасла случайность. Когда самолёт заходил на посадку, по нему выстрелили из «Стингера». Это переносной зенитно-ракетный комплекс американского производства, предназначенный для поражения низколетящих воздушных целей. Ракета на какую-то долю секунды разминулась с самолётом.

— Потом на земле нам показали её останки, сказав: «Вот, посмотрите, это была ваша смерть», — продолжает Владимир Иннокентьевич. – После этого никто не смог закурить. Руки дрожали настолько, что спички ломались.

Есть такое выражение: на войне как на войне. Человек ко всему привыкает, даже к опасностям. Ещё в ИВАТУ курсантов учили, что армия может пребывать только в двух состояниях: либо она воюет, либо готовится к войне.

— Мы воевали, — говорит старший лейтенант Серебряков.

И этим всё сказано. Сегодня, спустя годы, он не любит вспоминать о пережитом. Слишком дорогой ценой обошлась та война его поколению. После демобилизации Владимир Иннокентьевич вернулся в Большой Луг. Много лет проработал сначала в службе безопасности иркутского аэропорта, потом – в инкассации. По его словам, здесь тоже хватало нештатных ситуаций. Но это, как говорится, уже другая история.

Владимир ВТОРОВ