К вам удача несётся на всех парусах…
Лето – пора путешествий, а в нашей климатической зоне – ещё и водных. Суровые сибирские и северные судоходные моря, озёра и реки празднуют свой сезон оживления. В веке 18-ом выходили в летнее плаванье великие экспедиции. Корабли мчались на парусах удачи к географическим открытиям и за новыми товарами. Силы молодецкие жаждали побороться с испытаниями.
В собрании городского музея Г.И. Шелехова есть немало картин морского — маринистического жанра, называемые для краткости маринами. В прошлом марины украшали дома как один из самых любимых видов пейзажей. И особенно они были популярны в Британии — морской империи.
В России самыми прославленными маринистами были И. Айвазовский и А. Боголюбов. Последний, назначенный художником Главного морского штаба, после окончания с золотой медалью Академии художеств, стал купаться в роскоши, славе и почёте, можно сказать, против своей воли. Будучи по природе скромным и трудолюбивым, он не ожидал, что его морские виды станут так популярны. Свой великолепный особняк он завещал городу Москва. В нём сейчас располагается Государственная библиотека искусств.
Кто бывал в городском музее Г.И. Шелехова до начала ремонта, видел на его стенах немало марин, созвучных духу знатного купца и морехода.
Почему Григорий Иванович, родившийся в сухопутном Рыльске, стал грезить морем? Почти наверняка, проникшись живописными морскими видами.
То, что повышает статус шелеховского музея — это как раз зарубежные предметы искусства, поступившие в дар от семьи Игоря и Татьяны Гринбергов.
Представим вниманию шелеховчан несколько английских марин.
Картина Ричарда Лоури Ломакса (годы жизни 1842-1903 гг.) «На рейде у Лоустофта» поступила в музей как произведение неизвестного художника. Однако автор поставил подпись «R. Lowry Lomax» в левом нижнем углу красноватой краской, совпадающей по оттенку и качеству с красочными точками корабельных огоньков. На обороте картины была обнаружена надпись «Shipping of Lowestoft», а слева на подрамнике беглые знаки, среди которых несколько раз повторяется «Х» («экс»).
Корабль.Ричард Лоури Ломакс
Работа «На рейде у Лоустофта» имеет панорамный характер. Ночь полнолуния делает призрачными корабли, стоящие на рейде. В разрыве облаков — неяркая Луна, понизу скрытая черноватой дымкой. Небо туманно-серебристое. По воде бежит дорожка лунного света. Справа от неё — загадочная фигура из парусов. Её образуют остроугольный треугольник паруса, а основанием фигур является некая платформа с «носом». На море штиль, и паруса многочисленных судов не развернуты. «Фигура» может быть пожеланием удачи морякам (они суеверны). Трёх- и четырёхугольный паруса образуют 3 (женское)+4 (мужское) = 7, что может быть и знаком наполненности лунной ночи происходящим «за ширмами» двух парусов. Наличие на рейде паровика говорит о том, что художник не имеет в виду воспроизведение ночи перед памятной для британцев морской битвы при Лоустофте 1-3 июня 1665 г.
Ломакс был склонен к мистификации. В его марине «Корабли», 1887, показанной на аукционе «Артнета» слева над кораблями грозовые тучи со «знаками- молниями», похожими на цифры «4» и «5», и др.
Картину «Парусные лодки в море» отличает суровый реализм. На ней изображен ненастный день. Тучи беспощадно скрыли солнце своей тяжёлой угрюмой массой. Цвет моря травянисто — зелёный на переднем плане и ультрамариновый на горизонте. Вода, словно нехотя, расстаётся с воспоминаниями солнечного дня. Ветер гонит её от берега, чуть обнажая прибрежные камни. Слева зеленоватый вал движется в сторону лодки, по поверхности проходятся лёгкие белые пенистые брызги. По замыслу художника вал перекликается с гружёной людьми и их багажом лодкой. Тут – вздымается вода, там — мачта с красноватым треугольником вымпела. Паруса готовы развернуться, если ветер, играющий зыбью, окрепнет. Эти паруса – из суровой невыбеленой ткани – льна или даже хлопчатобумажной мешковины.
Люди в лодке поглощены не праздником, а буднями, они переправляются куда-то. Лодку провожают чайки. Участок моря охвачен движением, художник, запечатлевая его на берегу, спустился из близлежащей рыбачьей деревни.
На память приходят марины Чарльза Напье (Нейпира) Хеми. Особенно «Парусным лодкам в море» близок его «Рассвет в море». Сурово переданы: воды – водянистость, туч – тучность, лодок – парусность… И тут выясняется, что в тени Чарльза Напье Хеми были два младших брата, тоже художники – Хеми Бернард и Томас. Было бы возможным предположить, что картину «Парусные лодки в море» написал один из братьев.
Две картины самого Чарльза Напье были приобретены знаменитой лондонской галереей Тейт. Его портрет, написанный известным американским художником Джоном Сингером Сарджентом и ныне хранящийся в Художественной галерее города Фалмута, где Хеми провел часть жизни и где скончался, показывает человека мужественного и простого, с вислыми рыбацкими усами, знающего, что такое стихия моря.
Лейпцигский Лексикон сообщает следующий сведения. «Хеми, Чарльз Нэпьер, художник-жанрист и морской пейзажист, родился в Ньюкасле-он-Тайн 25 мая 1841 года, умер в Фалмуте в 1917 году. Брат Томаса Хеми, уже в детстве, вместе со своими родителями, которые два года прожили в Мельбурне, совершил кругосветное путешествие (1850/52), посещал художественную школу своего родного города и дважды совершал поездки на Средиземное море с намерением стать моряком. В возрасте 19 лет он поступил в доминиканский монастырь в Ньюкасле и учился два года в монастыре ордена в Лионе, но в 21 год отказался от монашеской жизни, чтобы полностью посвятить себя искусству». Хеми полностью перешёл к морским сценам и работал несколько лет на лондонской реке Темзе, пока в 1883 году не поселился в Фалмуте.
Обычно он проводил несколько месяцев в году на борту своей яхты, которую оборудовал как плавучую мастерскую. Большая часть его работ была выполнена непосредственно с натуры, и большие полотна он создавал на основе бесчисленных зарисовок. Он внимательно наблюдал за рыболовством, жизнью в портах и бытом моряков на суше. Ему также была дорога бурная морская стихия. С 1865 года он почти ежегодно выставлял свои работы в Лондонской Королевской академии и в 1897 году был избран ее членом- корреспондентом, а в 1901 году — действительным членом. Он участвовал в выставках Общества британских художников, а также представлял свои работы в Британском институте и других организациях. Марина из нашего музея с большой долей вероятности может быть произведением самого Ч.-Н. Хеми.
Картина «Военный британский корабль» поступила в городской музей Г.И. Шелехова как произведение художника Питера Монами со знаком вопроса (?). У Питера Монами было множество последователей, с восхищением ему подражавших, и их картины относятся к жанру пастиш. То есть, это не подделки в прямом смысле этого слова, а следование той манере, изящнее которой трудно придумать, так как она устраивает всякий вкус.
Многие картины Питера Монами были утрачены, другие украшали несохранившиеся предметы быта. Шелеховская картина может быть копией с несохранившегося образца. В центре её пятипалубный четырёхмачтовый галеон – парусное военно- торговое судно, какие были распространены в XVI-XVIII вв. для сообщения между Европой и Америкой. Для галеонов характерны прямые паруса, небольшое расширение корпуса от киля с зауженной далее верхней частью, что уменьшает возможность взятия судна на абордаж. Наш галеон готов к отплытию: паруса подняты, поднят якорь слева, а правый висит на уровне над водой, и работает его поднимающая лебёдка. Слева беловатый дым: пушки дали прощальный сигнал, извещая о готовности галеона к выходу в дальнее плаванье. Однако на море штиль и паруса ждут наполнения ветром, который, надо полагать ожидается по некоторым признакам, замеченным бывалыми «морскими волками». Галеон развёрнут к зрителю на треть, так, чтобы была возможность обозреть его прочность и ладность. Для строительства галеонов применялся дуб: его цвет на картине насыщенно- ореховый, что говорит о «хожалости» судна, его обкатанности солёной морской волной. Видны люди. Тот, что стоит на носу и верхней палубе значительно меньше ростом того, что держит фал заднего паруса.
Красный треугольный вытянутый в длину флажок (вымпел) на верху мачты означает «speed» – готовность к движению. На каждую мачту галеона крепился свой флаг. На военных кораблях, в том числе галеонах, поднимались брейд-вымпелы. Они являлись знаком нахождения на борту высоких военных чинов и признаком флагманского корабля, что мы и наблюдаем. Вымпелы очень длинные, бело-красные. Они предстают в движении с известной реалистичностью, так, что разобрать символы на них невозможно. Также эти вымпелы могут играть роль флюгеров: пока нет ветра, они свисают вниз под тяжестью полотна. Дальше корабля в туманной дымке впереди чуть угадывается берег, высокие призрачные мачты парусников вблизи него. Горизонт параллелен краю холста, как и линия тёмной воды, параллельна и лодка с двумя рыбаками – один сидит на вёслах, второй, в красном кафтане, возится с краем сети. Лицо его скрыто под серой шляпой, что дополняет состояние покоя, свойственное картине в целом. На спокойной глади воды темнеет призрачное отражения галеона, у его носа стоит ботик с двумя в застывших позах моряками в шляпах. Облака в небе, чуть подкрашенные розовым, указывают на утро. Сюжет сосредоточен на зависании ощущений между покоем и движением.
Питер Монами (годы жизни 1681 — 1749) – английский художник-маринист, один из первых представителей английской школы морского пейзажа. Годы жизни прямо говорят, что работы его кисти за трёхвековую историю должны приобрести достаточные следы старения. На нашем морском пейзаже они недостаточны, и он более светлый, чем всякая известная картина Монами. Кроме того, задник содержит следы имитации: его полотно подкрашено коричневатой краской, чтобы создать впечатление старения. Создание картины следует отнести к 19 в. С лицевой стороны уловим очень слабый запах масла. В манере исполнения нет индивидуальных черт, побуждающих задаться вопросом об авторстве. Это именно пастиш.
«Морской пейзаж» Питер Монами
Картина ««Военный британский корабль» является романтичным подлинником 19 в., искусно подражающим П. Монами, признанному маринисту 18 в.
Обозрев три марины, мы словно бы сами побывали на море. В этом и есть великая сила искусства.
Татьяна Ясникова, научный сотрудник городского музея Г.И. Шелехова
Фото предоставлены Татьяной Ясниковой
Подготовила Евгения РУДЫХ